Marcel G. Cohen de Mehrez

Имя и происхождение

Марсель Жорж Коэн — Марсель Жорж Коэн де Мерез во французских реестрах, старинное составное имя рода Коэнов — родился 30 сентября 1949 года в Уджде, на востоке Марокко, в марокканской еврейской семье. Торговец с четырнадцати лет, с магазином одежды в Марокко, он приехал во Францию в 1971 году, в двадцать один год, как рассказывал предпринимательской прессе. Его карточка появляется в этом справочнике как личная дань уважения: семейные сведения передала сайту его семья.

Отец, Анри Коэн

Марсель Коэн посвятил свой орден Почётного легиона отцу. Анри Коэн, родившийся в 1915 году в Дебду в Марокко, тридцать пять лет возглавлял еврейскую общину Уджды и её округи, а в 1984 году был произведён в Кавалеры ордена «За заслуги» — «за его бескорыстие и самоотречение», как сказал сын в речи при вручении собственного креста. Всю жизнь, говорил он собравшимся, отец отдавал своё время и свою помощь любому, «какого бы цвета, расы или веры тот ни был»; сам он помогал отцу с самых ранних лет.

Мать, Эмели, вырастила десятерых детей. От обоих идёт, по его словам, тот «нравственный кодекс», из которого он черпает вкус к труду и уважение к данному слову, и та «тройная культура — французская, еврейская и марокканская», из которой он черпает свою энергию. «Я никогда не забуду, откуда я родом», — добавил он.

Adam & Eve, в четырнадцать лет

В четырнадцать лет ему доверили Adam & Eve, магазин одежды в Уджде, который в ту пору ввозил для всего Марокко самые престижные французские марки; он вёл его один до двадцати лет. Николя Саркози пошутил над этим в 2006 году: «вам придётся объяснить нам, какие качества бывают в 14 лет». Генерал Бернар Торетт, вручая ему орден в 2014 году, увидел в этом первую трудовую жизнь, прожитую в Марокко до 1971 года.

Кантонская ярмарка

Оказавшись во Франции, он отправился, по его собственному выражению, «покорять Азию» — без средств и без рекомендаций. Он хотел попасть на Кантонскую ярмарку, торговое окно Китая во внешний мир с 1957 года, которое как раз тогда шире открывалось Западу; он просиживал, по его рассказу, целые дни в китайском посольстве, пока визу не дали. Поездкой он воспользовался, чтобы три месяца объезжать Азию — Гонконг, Сеул, Токио, Тайвань, Джакарта, Бомбей — в поисках рынков, и нашёл мир, который называет «невероятно отзывчивым, конкурентным, изобретательным» и сам искавший выходы на Запад. Затем последуют Италия, Румыния, Индия и Пакистан — для текстиля.

Магазин в четыре квадратных метра

Бывший продавец одежды, в 1981 году он открыл магазин в четыре квадратных метра на углу пассажа Индустрии и бульвара Страсбур, в десятом округе Парижа, где продавал средства для волос профессионалам; после поездки в США, где он открыл для себя средства, созданные для чёрных волос, он обратился к этнической красоте, и этот выбор стал делом его жизни. Искра, по его рассказу, пришла в самолёте на обратном пути, когда он листал номер «Ebony», целиком посвящённый красоте чернокожих и метисов.

Никто в это не верил; очередь выстраивалась за час до открытия, и он непременно хотел доверить магазин управляющей-африканке, чего в ту пору, по его словам, почти не делали. «Это я сделал бульвар Страсбур», — любил говорить он; пресса, обошедшая квартал в 2015 году, представила его пионером афрокосметики в Париже, магазин за магазином вокруг Шато-д'О.

MGC International

Дом, который он запустил на этом выборе в 1981 году и зарегистрировал в 1982-м, MGC International, стал французским лидером этнической косметики — «номером один космополитичной красоты», как написал сам дом после тридцати семи лет, — с двенадцатью точками продаж в Париже, собственной маркой примерно в 1500 французских магазинах и присутствием, которое предпринимательская пресса насчитывала в 88 странах, — на Африку приходилась половина экспорта, а в доме в 2014 году работали сорок пять человек.

Бизнес-школа сделала из компании учебный кейс, представив её основателя воплощением человека, который всем обязан самому себе. В октябре 2018 года, закрывая свои магазины — и те, что на бульваре Страсбур, и тот, что на улице Ренн, дом простился с покупателями письмом, напоминавшим об этих тридцати семи годах успеха.

Семейный дом

MGC была, по заголовку побывавшей у неё прессы, настоящей растущей семьёй. Его сын Йоанн был генеральным директором, сын Кевин — заместителем генерального директора, сын Норман руководил экспортным домом, дочь Лора пришла в дом заниматься коммуникацией, а компанию сегодня возглавляет Padremar — семейный холдинг, объединяющий пятерых его детей: Йоанна, Кевина, Джордана, Нормана и Лору.

Информатика и телеком

Косметика не поглотила его целиком. С девяностых годов он вкладывался в информатику и телекоммуникации, и из этого вложения родились две компании, по его рассказу: одна в телекоме, другая — фирма информационных услуг, насчитывавшая восемьсот инженеров и вышедшая на Парижскую биржу в апреле 2000 года. Когда его попросили подвести итог пятидесяти годам работы, он выбрал формулу, вмещающую весь её размах: «от рынка в Дакаре до Парижской биржи, от карибского самолётика до „Конкорда“ в Нью-Йорк, от французского до языка рук, чтобы объясниться».

Компании недвижимости

Помимо косметического дома, французские реестры насчитывают около двадцати компаний недвижимости под его руководством.

Служение

«Марсель — не только этот блестящий предприниматель, чтобы заслужить признательность Нации», — сказал генерал Торетт, вручая ему крест. По стопам отца он нёс своё служение в Международную федерацию прав человека, в Международную аболиционистскую федерацию, в разные благотворительные дела и к марокканским семьям, оседающим во Франции. Николя Саркози сказал то же ещё в 2006 году: с самого приезда, сперва рядом с отцом, затем один, он работал над обустройством во Франции франко-марокканских семей всех вероисповеданий — людей, добавлял министр, не вырванных с корнем, а имеющих «сердце по обе стороны Средиземного моря».

Награды

Указом президента Республики от 18 апреля 2014 года, опубликованным в Journal officiel 20 апреля, он был произведён в Кавалеры ордена Почётного легиона по списку министерства иностранных дел — «Г-н Коэн (Марсель, Жорж), президент компании этнической косметики; 44 года службы», гласит строка, — со старшинством с 5 декабря 2014 года, как записано в его грамоте. Кавалером Национального ордена Заслуг он стал раньше — по грамоте, подписанной в Париже 14 ноября 2005 года.

Обе грамоты в рамах, каждая со своим знаком — красная лента Легиона, синяя лента ордена Заслуг, — сфотографированы в медиагалерее этой карточки. Семья записывает для этой карточки обе церемонии: знак ордена Заслуг ему вручил Николя Саркози, тогдашний министр внутренних дел, в здании министерства внутренних дел; знак ордена Почётного легиона — генерал армии Бернар Торет, бывший начальник штаба сухопутных войск Франции, в Доме Инвалидов в Париже.

Две церемонии

24 мая 2006 года в Бово, резиденции министерства внутренних дел, его тогдашний глава Николя Саркози вручил ему знак ордена «За заслуги» и сделал из этого урок о Республике: «Можно быть верным своим корням и обращённым к другим […]. Республика — это не отказ от того, кто ты есть, перед тем как войти, а вход таким, каков ты есть, принятие таким, каков ты есть, принятие ценностей Республики и прибавление к республиканскому тиглю своей доли самобытности, а не отречение от неё».

5 декабря 2014 года в Большом салоне Музея армии в Доме инвалидов генерал армии Бернар Торетт вручил ему орден Почётного легиона и напомнил, что аколада — вовсе не объятие: это то, что двенадцать веков французской истории сохранили от посвящения в рыцари Средневековья. Оба родились в Марокко — Марсель Коэн в Уджде, генерал в Порт-Лиоте, ставшем Кенитрой. Три речи этих двух дней переданы этому справочнику семьёй.